Вирус птичьего гриппа H5N1 и будущая пандемия

20.04.2007

Случайно ли этого не произошло?

«Да, случайно! Это могло произойти и может произойти в недалеком будущем!» - ответят те ученые, которые придерживаются зоонозной или, точнее, зооантропонозной концепции происхождения пандемических штаммов гриппа [1, 2].

«Нет, не случайно! Этого не могло произойти, потому что пандемические штаммы вируса гриппа приходят в человеческую популяцию не из мира животных и птиц, не возникают de novo непосредственно перед каждой новой пандемией, а сохраняются в ней в латентном состоянии и ждут своего (биологического, иммунологического) часа для выхода в циркуляцию и начала нового пандемического цикла» - такова позиция сторонников антропонозной концепции происхождения пандемических штаммов [7 - 9].

Несомненно, вирус A/Гонконг/68(Н3N2) содержит гемагглютинин Н3, который встречается в «птичьих» вирусах гриппа, но никто не показал, что процесс замещения Н2 на Н3 в вирусах «сингапурской» разновидности произошел в итоге рекомбинации с «птичьими» штаммами непосредственно перед началом пандемии «Гонконг» летом 1968 года. Наличие гемагглютинина Н3 в составе возбудителя гонконгской пандемии, как и родство «птичьих» генов с геномом реставрированного вируса «испанки», может быть показателем древних эволюционных связей между различными группами ортомиксовирусов [6]. Нет прямых доказательств того, что вирус «испанки», всегда считавшийся родственным «свиным» вирусам гриппа, является рекомбинантом вирусов человека и птиц. Отсутствуют какие-либо сведения о рекомбинант-ной природе возбудителя сингапурской пандемии вируса A^2N2)57. Энергичные попытки, предпринятые в конце 70-х годов с целью доказать, что возбудитель «малой» пандемии - вирус A^1N1)77 является рекомбинантом вирусов гриппа птиц, свиней и кита, подтверждений не получили. Этот вирус оказался дрейфовым вариантом «человеческого» вируса A^1N1)47 - 57 [4, 9]. Таким образом, положение о том, что «любой пандемический вирус гриппа происходит в результате скрещивания вируса человека и птиц», не может рассматриваться как аксиоматическое [10]. Но так или иначе, рекомбинация вируса птичьего гриппа Н5N1 с вирусами «человеческого» гриппа и возникновение на этой основе нового пандемического вируса остается возможным вариантом развития событий, хотя и крайне маловероятным, с точки зрения автора этой статьи.

Вторая группа гипотез о возможности перерастания панзоотии птичьего гриппа в пандемию связана с представлениями о постепенном накоплении в вирусе птичьего гриппа мутаций, придающих ему способность передаваться от человека к человеку. «Не хватает одной аминокислотной замены в геноме, чтобы вирус стал передаваться от человека к человеку. И тогда начнется пожар» - так обрисовал ситуацию Д.К. Львов на пресс-конференции в Москве 7 марта 2006 года [10]. Именно таким представляют себе развитие событий многие ученые, чиновники и журналисты.

Что, собственно, должно произойти, чтобы вирус птичьего гриппа H5N1 реально превратился в возбудителя новой пандемии? Этот вопрос подробно проанализирован О.К. Кузнецовым [11, 12]. Автор данной публикации полагает, что для этого в структуре и свойствах вируса H5N1 должны произойти по крайней мере четыре группы наследственных изменений:

  1. приобретение вирусом птичьего гриппа способности эффективно адсорбироваться и проникать в клетки носоглотки и трахеи человека;
  2. приобретение «птичьим» вирусом способности к высокому уровню накопления своих компонентов в клетках верхнего отдела респираторного тракта человека;
  3. приобретение «птичьим» вирусом способности активно выходить из зараженных клеток верхнего респираторного тракта людей, сохраняя свойство трансмиссибельности для человека;
  4. усиление и закрепление опасных мутаций в вирусной популяции, формирование генетически стабильного пандемического вируса.

Что же фактически произошло с вирусом Н5N1 за десять лет с момента его первого появления в поле зрения человека в 1997 году? Напомним, что уже тогда от него не только погибли многочисленные пернатые, но и 18 человек заболели, а шестеро - умерли. За все эти годы интенсивного надзора в популяции многочисленных изолятов H5N1 постоянно выявлялись мутации дрейфового типа, не выводящие вирусы за пределы своего антигенного сероподтипа и тропности к своему основному биологическому «хозяину». Однако некоторые подозрительные признаки «очеловечивания» «птичьих» штаммов были зарегистированы и крайне насторожили и специалистов, и широкую общественность, озабоченную опасностью перерастания птичьего гриппа в пандемию среди людей.

Как известно, первой стадией взаимодействия вируса с клеткой является его адсорбция на клеточной поверхности. Для вируса гриппа адсорбция является высокоспецифичным процессом, поскольку она происходит только при «узнавании» рецептором вирусного гемагглютинина комплементарного ему рецептора на клеточной поверхности. Известно, что рецепторы гемагглютинина «птичьих» вирусов связываются на клеточной поверхности с рецепторами типа Sia (а 2 - 3) Gal, а вирусы гриппа человека - с рецепторами типа Sia (а 2 - 6) Gal. Последний тип преобладает на клетках респираторного тракта человека, и именно поэтому «птичьи» вирусы малозаразны для людей [13, 14].

(Продолжение в следующем номере)