Влияние психоэмоциональных факторов на формирование иммунного ответа на вакцинацию

Актуальность. Вариабельность индивидуального иммунного ответа на вакцинацию может быть связана не только с особенностями иммуногенеза, но и с психоэмоциональными факторами. При этом влияние психоэмоциональных факторов на формирование поствакцинального иммунитета в настоящее время изучено недостаточно. Цель. Оценить влияние психо­ эмоциональных факторов (ситуативной и личностной тревожности, информированности о вакцинации) на иммунный ответ после вакцинации. Материалы и методы. В исследование были включены 248 добровольцев, участвовавших в клинических испытаниях вакцины для профилактики COVID-19, в возрасте от 18 до 60 лет. Все они прошли анкетирование для оценки психоэмоционального состояния и анализа уровня осведомленности в вопросах вакцинопрофилактики. Уровень тревожности определяли стандартизированным опросником State-Trait Anxiety Inventory (STAI) в адаптации Ч. Д. Спилбергера. Была проведена оценка напряженности гуморального иммунитета до и после вакцинации с помощью иммуноферментного анализа. Все данные обрабатывались в закодированном виде с использованием криптографического протокола V1 для обеспечения сохранения слепоты исследования. Передача промежуточных данных осуществлялась в соответствии с утвержденной формой, предусмотренной в протоколе клинического исследования. Результаты. Увеличение уровня антител в 4 и более раз отмечалось у 90 % добровольцев с исходно низким уровнем ситуативной тревожности, в то время как у 100 % добровольцев с высоким уровнем ситуативной тревожности увеличения титра антител не было. Факторный анализ определил две компоненты, влияющие на поствакцинальный гуморальный иммунитет: 1 – «Тревожность», которая включала в себя личностную тревожность и ситуативную тревожность до и после вакцинации (психоэмоциональные детерминанты); 2 – «Иммунно-возрастной профиль», которая включала в себя возраст и уровень титра антител на момент вакцинации (биологические детерминанты). Общий накопленный вклад двух компонент в суммарную дисперсию составил 59,7 %. Прирост антител имел отрицательную корреляционную связь с возрастом и исходным уровнем антител (τ = -0,267; p < 0,00; 95% ДИ [-0,379;-0,141]; n = 156), в то время как уровень тревожности имел отрицательную корреляционную связь со степенью информированности о вакцинации (τ = -0,212; p < 0,001; 95% ДИ[-0,324; -0,095]; n = 156). Заключение. Повышенный уровень ситуативной тревожности в момент вакцинации является фактором риска снижения поствакцинального гуморального иммунного ответа. Разработана прогностическая модель для оценки этого риска, в которой изменяемым параметром выступает информированность пациента. Целевое повышение уровня информированности о вакцинопрофилактике представляет собой практический инструмент персонализированного подхода, направленный на снижение тревожности и повышение эффективности вакцинации. В перспективе реализация такого подхода позволит увеличить не только приверженность иммунизации, но и улучшить популяционные показатели иммунопрофилактики.

1. Cohen S. Psychosocial vulnerabilities to upper respiratory infectious illness: Implications for susceptibility to coronavirus disease 2019 (COVID-19) // Perspectives on Psychological Science. 2021. Vol. 16, №1. P. 161–174.

2. Holman E., Thompson R., Garfin D., et al. The unfolding COVID-19 pandemic: A probability-based, nationally representative study of mental health in the United States // Science Advances. 2020. Vol. 6, №42. P. eabd5390.

3. Кузнецов А. П., Смелышева Л. Н. Нейроэндокринные механизмы стресс-реакции // Вестник Курганского государственного университета. 2006. Т. 6, №2. С. 5–10.

4. Pedersen A. F., Zachariae R., Bovbjerg D. H. Psychological stress and antibody response to influenza vaccination: a meta-analysis // Brain, behavior, and immunity. 2009. Vol. 23, №4. P. 427–433.

5. Phillips A. C. The vaccination model in psychoneuroimmunology research: a review. In: Psychoneuroimmunology: methods and protocols; 2012. P. 355–370.

6. Белоусова Я. Д., Рафальский В. В., Кислова Е. Д. Особенности мотивации добровольцев, участвующих в клиническом исследовании вакцины от COVID-19 // Качественная клиническая практика. 2022. №4. С. 4–12.

7. Spielberger C. D. State-trait anxiety inventory for adults. (STAI-AD) [Database record]. APA PsycTests; 1983.

8. Спилбергер Ч. Д., Ханин Ю. Л. Шкала оценки уровня реактивной и личностной тревожности //Карелин АА Психологические тесты. 2000. Т. 1. С. 39–45.

9. Плотников А. А. Зайкова, О. Н., Русакова, Е. В., и др. Социальная эпидемиология: актуальность, подходы, основные направления и тенденции развития // Здоровье населения и среда обитания–ЗНиСО. 2025. Т. 33, №1. С. 61–72.

10. Vai B., Mazza M.G., Delli Colli C., et al. Mental disorders and risk of COVID-19-related mortality, hospitalisation, and intensive care unit admission: A systematic review and meta-analysis // The Lancet Psychiatry. 2021. Vol. 8, №9. P. 797–812.

11. Wang Q., Xu R., Volkow N.D. Increased risk of COVID-19 infection and mortality in people with mental disorders: Analysis from electronic health records in the United States // World Psychiatry: Official Journal of the World Psychiatric Association (WPA). 2021. Vol. 20, №1. P. 124–130.

12. Bower J.E., Kuhlman K.R., Haydon M.D., et al. Cultivating a healthy neuro-immune network: A health psychology approach // Social and Personality Psychology Compass. 2019. Vol. 13, №9. P. e12498.

13. Barrett T. J., Corr E. M., van Solingen C., et al. Chronic stress primes innate immune responses in mice and humans // Cell reports. 2021. Vol. 36, №10. P. 109595.

14. Dai S, Mo Y, Wang Y., et al. Chronic stress promotes cancer development // Frontiers in oncology. 2020. Vol. 10. P. 1492.

15. Diez Roux AV. Social epidemiology: Past, present, and future. Annu Rev Public Health. 2022;43:79–98. doi: 10.1146/annurev-publhealth-060220-042648

16. Li Z., Sun X. Social factors influencing behavioral intentions to vaccinate: personality traits and cues to action // Frontiers in Psychology. 2025. Vol. 16. P. 1481147.

17. Guerrero-Araya E., Ravello, C., Rosemblatt, M., et al. Socioeconomic status correlates with COVID-19 vaccination coverage among primary and secondary students in the most populated city of Chile // Scientific Reports. 2025. Vol. 15, №1. P. 1509.

18. Reis, M., Michalski, N., Bartig, S., et al. Reconsidering inequalities in COVID-19 vaccine uptake in Germany: a spatiotemporal analysis combining individual educational level and area-level socioeconomic deprivation // Scientific Reports. 2024. Vol. 14, №1. P. 23904.

19. Плакида А. В., Брико Н. И., Намазова-Баранова Л. С. и др. Повышение приверженности населения вакцинации: оценка и системный подход к реализации. Эпидемиология и Вакцинопрофилактика. 2022;21(3):4–26. doi:10.31631/2073-3046-2022-21-3-4-26.

20. Брико Н. И., Фельдблюм И. В. Современная концепция развития вакцинопрофилактики в России. Эпидемиология и Вакцинопрофилактика. 2019; 18 (5): 4–13. doi: 10.31631/2073-3046-2019-18-5-4-13.